- Дядя Андрей, - отчаянно завопил Вовка. - Я ведь тоже все понимаю, я ведь и учебники с собой взял, даже за два класса! Батя мой на границе служил, два раза нарушителей задерживал и товарища, который поранился, спас! А я за всю жизнь еще ни одного подвига не совершил!

Андрей положил ему руку на плечо, сказал серьезно:

- Хороший ты человек, Вовка. Если останешься таким, обязательно подвиг совершишь.

Вовка опустил голову, с каким-то тихим отчаянием покачал ею:

- Не совершу. Боязливый я, темноты боюсь. И пьяниц. Я для того и уезжать собрался, чтобы закалить себя от страха...

- Постой, постой, - удивился Андрей. - Это ты-то боязливый? Ничего себе! А с Куманьком кто подрался? Он же насколько старше и сильнее, а?

- Подраться любой дурак сможет. Особенно за справедливость...

- Ах ты, Вовка, Вовка, - не удержался Андрей и, обняв, притянул его к себе. - Пойдем-ка, Вовка, домой - мать-то волнуется.

Они встали. Вовка безропотно отдал Андрею тяжеленный рюкзак, а сам вызвался нести его планшетку.

- Тебе хорошо, дядя Андрей, у тебя работа вон какая. И не боишься ты никого - ни пьяных, ни хулиганов, ни бандитов.

- Не боюсь, - твердо ответил Андрей. - Не боюсь, потому что я тоже за справедливость, потому что со мной рядом много таких, как ты, - они в беде не оставят, помогут, если надо.

Вовка не сдержал улыбки, потерпел - и все-таки засмеялся от радости.

- Хочешь нам помогать?

- А как? Меня ведь и в дружину не приняли. Богатырев говорит: мал еще, а сам, хоть и старый, а все еще с меня ростом.